Одна из самых старых гостиниц Москвы — «Метрополь». Но что было на ее месте и когда она появилась? Сейчас расскажем по порядку.

Начнем далеко в прошлом.

До 15 века местность, где расположена современная Театральная площадь, была лишь заболоченным пустырем с оврагами и рекой Неглинной, которая, кстати, во время паводков разливались и затапливала большие участки.

В 1516 году южнее нынешнего здания «Метрополя» вырыли большой пруд, а в 1535—1538 годах за ним прошла крепостная стена Китай-города. Вдоль нее на левом берегу Неглинной стояли деревянные бани, вода в которые подавалась прямо из реки длинными журавцами.

О. Бове. План перепланировки Театральной площади, 1821 год

Вокруг стен Китай-города был вырыт ров, который соединялся с рекой по линии современного Театрального проезда. На месте нашей Театральной площади находился плацдарм. Правый берег реки вдоль китайгородской стены, несмотря на запреты властей, постепенно застраивался торговыми лавками.

С началом Северной войны возникла угроза вторжения в Москву войск Карла XII. Из-за этого Пётр I распорядился возвести вдоль стен Кремля и Китай-города земляные укрепления — валы, насыпи и далеко выдвинутые бастионы.

Однако использовать их не пришлось — после победы русской армии под Полтавой опасность миновала. К середине 18 века укрепления сильно осыпались и деформировались

Интересно, что земля вдоль Китайгородской стены принадлежала актёру Силе Сандунову — основателю знаменитых Сандуновских бань.

Но пришел 1812 год. И вместе с Отечественной войной случился пожар. Москву нужно было восстанавливать. Поэтому 5 мая 1813 года для руководства строительством был утверждён специальный орган — Комиссия для строения.

«Челыши», 1880-е года

В мае 1814 года наблюдение за всеми постройками и оформлением всех фасадов было возложено на архитектора Осипа Бове. Фактически ему поручили руководство всей архитектурной частью.

Бове нужно было выполнить площадь перед Петровским театром в виде четырёхугольника. И деваться было некуда — так пожелал сам император Александр I.

На утвержденном в 1817 году «Прожектированном плане» площадь показана в линиях, указанных Александром I, но фактически осталась в тех же пределах, что и до пожара 1812 года. 20 марта 1818 года план Петровской площади утвердили. А разработанное Осипом Бове архитектурное оформление император одобрил только 10 ноября 1821 года.

Кстати, здесь нужно упомянуть, что в 1817—1819 годах реку Неглинную между устьем и Трубной площадью заключили в трубу, а в 1816—1823 годах срыли земляные укрепления вокруг стены Китай-города.

Рекламное объявление «Метрополя», 1894 год

В 1820—1824 годах по проекту Бове построили три дома с одинаковыми фасадами:

— дом Варгина на месте Малого театра,

— дом Полторацкого напротив,

— дом по другую сторону от проезда, принадлежавший тогда Сенатской типографии.

В 1835 году военный генерал-губернатор Москвы князь Д. В. Голицын инициировал создание акционерной компании, которая бы взялась за освоение последнего пустующего на площади участка. Там хотели вновь построить публичные номерные бани и ванны, а также «ресторацию, акционные залы и другие приличные заведения».

Однако собрать необходимый капитал и привлечь к делу застройщиков долгое время не удавалось — «земля была почти вся в оврагах» и «требовала больших издержек по мокроте места».

Наконец, в 1838 году за дело взялся купец первой гильдии Павел Иванович Челышев. Купцу предоставили в рассрочку на 15 лет беспроцентную ссуду в 200 тысяч рублей и разрешили брать воду для будущих бань из Мытищинского водопровода.

В 1839 году Челышев приступил к забивке деревянных свай под новое здание, и вскоре выяснилось, что из-за сложности участка потребуется гораздо большая сумма!

Оказавшись на грани разорения, купец обращается к генерал-губернатору за новой ссудой. Несмотря на полученные дополнительно 300 тысяч рублей, окончательную отделку «Челышей» завершили только к 1850 году.

В большом здании, выстроенном с некоторыми отступлениями от проекта Бове, разместилась гостиница с рестораном. В народе ее чаще называли по имени первого владельца — «Челышевской» или просто «Челышами».

Во дворе владения вдоль Китайгородской стены купец разместил бани, также звавшиеся «Челышевскими».

Театральный проезд, справа «Челыши», 1900 год

Кстати, именно купальни славились едва ли не больше, чем гостиница. Воду туда подавали из Мытищинского водопровода. Из него же наполняли небольшой живописный прудик, вырытый во дворе «для увеселения посетителей».

При этом, в отличие от других московских торговых бань, купальни Челышева получали воду из городского водопровода безвозмездно — подобной привилегией пользовались лишь Большой Кремлёвский дворец, Страстной монастырь, Большой и Малый театры, Воспитательный дом, временная тюрьма и Александровский военный корпус.

Также в «Челыши» поступала вся оставшаяся вода от двух фонтанов — Лубянского (на Лубянской площади) и Петровского (на Театральной площади).

Так, в 1850-х годах в «Метрополе» размещались 140 меблированных комнат с питанием и прислугой, называемых на французский манер chambres garnies. Интересно, что тогда гостиница не была единой организацией. Ее номера поделили между четырьмя содержателями — Ольденбургом, Сабуровой, Шадриной и Гевеке.

Кстати, в 1857 году в «Челышах» после заграничного путешествия остановился Лев Толстой. Здесь писатель систематизировал европейские дневники и набросал первый вариант рассказа «Люцерн».

«У Челышева, — писал Толстой, — хорошее помещение и еда, вместе с людьми обойдется в 200 руб. серебром».

В 1860-х годах гостиница носила имя владельца здания, но в начале 1870-х годов ее переименовали. Она стала называться «Славянской гостиницей» третьего разряда.

Театральная площадь и Челышевская гостиница, 1895 год

А в 1890-х в здании сделали ремонт. Из-за этого гостиница превратилась в перворазрядную. Название тоже изменили — на «Метрополь». И к концу 19 века именно этот отель стал самой большой в Москве гостиницей — 220 номеров и меблированных комнат сдавались как посуточно, так и помесячно.

А уж всех известных гостей невозможно указать в одном материале. Так, в 1891 году в гостинице остановился художник Илья Репин, приехавший в Москву на Французскую художественно-промышленную выставку.

В мае 1896 года здесь разместилась большая делегация придворных чинов и военачальников, прибывшая на коронацию Николая II и Александры Фёдоровны.

Также в номерах жили А. А. Бобринский, А. А. Будберг, М. С. Волконский, С. М. Волконский, Н. А. Врангель, К. А. Горчаков, Л. Л. Гейден, А. В. Голенищев-Кутузов, П. Н. Енгалычев, М. М. Жуковский, А. И. Зеленой, В. С. Кочубей, О. К. Кремер, А. Д. Львов, Н. Н. Ломен, К. К. Посьет, А. А. Попов, П. А. Перелешин, Д. В. Путята, Д. И. Святополк-Мирский, А. Н. Стюрлер, И. Н. Свечин, В. Н. Троцкий и другие.

А что же было уже тогда в здании:

— на первом этаже размещались различные лавки и магазины, в том числе магазин фабрики «Эйнем», касса по продаже билетов в соседние театры;

— верхние этажи занимала гостиница.

На этом мы сегодня ограничимся. Далее — 20 век и уже совсем другие события, и не всегда положительные.